© Bibliothek von Lariol Lernstudio www.lariol-lernstudio-berlin.ru.gg/
   
  БИБЛИОТЕКА ЛИТ. ИНСТИТУТА ИМ. А.П.ЧЕХОВА
  -Египет: Шамс Сафага
 

Текст представлен в авторской редакции.



ЕГИПЕТ: ШАМС САФАГА

                                                                                                                    Без истинной дружбы — жизнь ничто.

 

                Что-то часто стал мне сниться мой армейский друг. В советской армии мы дружили втроём, три мушкетёра: Саша Федотов из Коми АССР, Юра Лобанов из Кирова и я—ваш покорный слуга из солнечного Сыктывкара.


                Во сне солдатик-салажонок старался меня пристыдить: «Ну что? Уехал в Германию, заелся, голоса не подаешь? А помнишь, как мы бывало…»

                Армейская дружба—самая святая и чистая! Совесть наступала мне на пятки и я начал искать сослуживцев сам, без передачи «Жди меня». Перелопатив весь свой архив, нашёл там жёлтенький листок с дембельскими адресами, позвонил—напрасно.

 

                Союз развалился, коммунистическую идеологию сменила капиталистическая. Старые названия улиц выкорчевали из почтовых адресов. Но я навел справки, подключил всех друзей и знакомых, живущих в тех местах, они сходили к Лобанову домой и вскоре заветный номер телефона был уже у меня. Я снова нашёл своего друга и созвонился с ним. Четверть века мы не слышали друг о друге ничего, но он по голосу узнал меня сразу:

 — Вот здорово!— кричал он в трубку, — давай приезжай к нам!

 — Да нет! Лучше ты к нам! Или давай встретимся на нейтральной территории! У нас дожди. У вас холодно.

 — Тогда давай в Турции или в Египте!

 — В Турции мы уже были, а в Египте нет. Даёшь Египет!!!

 — Мы были там, в прошлом году, в Хургаде, в отеле Шамс Сафага, — кричал Юрка, — чудное местечко! Собирай чемоданы, через неделю встретимся! Там обо всём поговорим. Долго не болтай – дорого! Будем общаться в одноклассниках. Надо бы узнать про Сашку Федотова, может и он примчится. 40 лет не виделись!

 

                По интернету я нашел Краснобор, где жил «Сынок», наш третий, и позвонил на почту.

 — Извините! У вас в селе проживает Федотов Александр Николаевич?

 — А вы кто? — спросила почтальонша.

 — Я его армейский друг, мы хотим организовать встречу.

 — Да вы что? — отмахнулась она, — он уже три года, как помер. Сердце. Осталась жена Александра Петровна и двое детей: Лена и Женя. Да и у них уже дети есть.

                Телефонная трубка выпала из моих рук. Минуту молчания я сидел не дыша. Потом сразу написал туда письмо и выслал им свою новую книгу «Режим тишины», посвящённую нашей армейской дружбе. Пусть внуки знают, как служили их деды.

 

                Боинг-320 из Франкфурта на Хургаду вылетел вовремя, полёт длился 4 часа 10 минут. Наши соседи, местные немцы из Херборна, соседнего к нашему Гиссену городка, инструктировали нас по полной программе. Они летели в Египет не в отпуск, а домой. Оба — ранние пенсионеры. Она работала «ухажёром» в доме престарелых, он имел дело с церковными колоколами. В свой дом, в Германии, они пустили квартирантов, а сами купили себе в Хургаде, в новом девятиэтажном доме прекрасную двухкомнатную квартиру, площадью 74 квадратных метра; всего за 16 тысяч евро. За одно евро по курсу дают 7 египетских фунтов и 50 пиастров.

 — Мы не миллионеры,— смеётся она,— но живём не хуже других. Фунтиковых денег хватает на всё! За отопление платить не надо, бензин стоит 25 центов литр, продукты дешёвые, море видно из окна. Солнце, воздух и вода — наши лучшие друзья. Два-три раза в год летаем в Германию за деньгами и на свидание к внукам. Авиабилет на одного, туда и обратно стоит 210 евро. Годовая виза обходиться в 16 евро. Жизнь в Египте дешёвая. У нас весь дом заселён немцами. К иностранцам в Египте очень почтительное отношение, не то что в Германии. Немцев в Хургаде около 10 тысяч. Там есть всё: даже немецкие школы!

 — Да!— вздохнул я,— в Германии, как и в Египте, население составляет 80 миллионов жителей и ещё 80 миллионов немцев сегодня живут за рубежом. Такая вот государственная забота мачехи о своём народе.

 — Моя родная сестра тоже живёт в южной Америке, — подтвердила соседка, —рыба ищет, где глубже, а человек, где рыба. Мы не одни. В Хургаде 40% населения — русские. У них там квартиры, дома, виллы, яхты… А недавно в пустыне нашли самую большую на земле пирамиду, верхушка которой торчит из песка, а в долине Нила обнаружили скульптуры черных фараонов. Всплыли интересные факты о том, что чёрнокожие нубийцы были фараонами Древнего Египта...

               

                Выйдя из самолета, мы попали в финскую сауну. По всему телу сразу потекли струйки пота. Духота. Организм сам включил свою систему охлаждения. Сентябрь. Температура +37°. Дождей тут не бывает вообще.

                Ещё с самолёта, глядя в окно, мы с женой удивлялись марсианскому ландшафту Египта. Самолёт как бы завис над пустынной территорией без всяких признаков жизни. От горизонта до горизонта с высоты 11 тысяч метров — мёртвая пустыня, без облаков, без теней, без травинки, а тут на побережье — оазис. Пальмы, автобусы, мерседесы, услужливые египтяне с протянутой рукой, которые за каждое своё движение требуют чаевые. Столько чаю человеку выпить просто невозможно!

 

                Ночная Хургада поразила яркими огнями и рекламой на русском языке. Было впечатление, что мы попали в Россию. Было только 19 часов, но темно, как в час ночи. Звёзды на чёрном небе тусклые, маленькие и незнакомые. Трансферт по дороге виляет, как заяц. Зигзагом-зигзагом, но доставил нас в Сафагу. Не успели мы зайти в отель, как раздался радостный крик и появилась Ирина Петровна, жена Юрки, Юрия Ивановича.                 Мы стали радостно обниматься и пускать слезу, вставляя юморные комплименты. Изумлённый администратор, узнав причину бурной встречи, на выбор предложил комнату в отеле или бунгало, за который положено доплачивать 15 евро в сутки, но раз у вас такое дело — вам платить не надо. Вам — за так!

                Мы посмотрели то и другое, и выбрали номер по соседству с армейским другом. Все тихонечко поднялись на 3 этаж и я постучал в его двери. Он открыл её, вздрогнул, глаза его стали квадратными и увлажнились. Наобнимавшись, мы стояли друг перед другом не прежними тощими солдатиками, а седые, грузные, с генеральскими фигурами. Мы стали сентиментальными и получилось, как в передаче «От всей души». Наши жёны тоже вытирали слёзы.

                Потом мы вкусно ужинали в ресторане и общались до поздней ночи. Стоя, не чокаясь, помянули Федотова. Вспоминали по службе интересные случаи. Наши жены, как новобранцы, быстро сдружились и с интересом слушали истории старых служак, то и дело подкладывая в тарелку свежую закуску. Как хорошо, когда имеется путевка «Всё включено!», но в России она почти в два раза дешевле.

 

                Проснулись в семь утра. Светло, как в раю, солнце почти в зените, на улице не тепло, а жарко!

С Юрием и Ириной мы встретились за завтраком. Они нам уже заняли места и чувствовали себя старослужащими, но дедовщины не было. Они приехали вчера утром, мы — вечером. Мы бледнолицые, они — бронзовые; загар с поджаркой.

 — Мы этим летом уже отдыхали в Турции, — объяснили они эту разницу. После завтрака все вместе пошли на пляж. Песок горячий и мелкий, как в пустыне. По пляжу скачут всадники на стройных арабских скакунах и предлагают прокатиться каждому. Степенно и величаво проплывают двугорбые корабли пустыни, следуя под уздцы за своим усатым бедуином. В море белые корабли и яхты, чаек нет. В небе воздушные змеи, которые тащат за собой морских лыжников со скоростью ветра. По волнам шуршат досочники, на пляже отдыхающие, как моржи на лежбище. Заплывают в бухту дельфины и дугонги.

 

                Море чистое, соленная вода теплая, как парное молоко. Лепота. Даже не вериться, что это тоже жизнь. Надели маски, заглянули под воду, в этот сказочный Божий мир. Подводные альпийские луга покрыты яркой зеленью и цветными кораллами. Всё это сверкает, переливается неоновыми огнями. Над зеленью зависли в гидрокосмосе несметные стаи красивых, разноцветных, с фантастическими формами, райских рыб. Они доверчивы и совершенно не боятся человека. Пока я слегка погладил бархатную лепёшку, другая пощипала мне мизинчик, пробуя меня на вкус. Под самой кромкой воды плывёт прозрачная, как медуза, рыба-игла, нижняя губа которой вытянулась в пику и дала ей, схожее с инструментом портняжки, точное название. Ниже, вперемежку, беспечно зависли жёлтые попугайчики; рядом в полосатых тельняшках— аруанусы; темные, как бархат рыбы-бабочки; прозрачные пемферисы-стекло; у самого дна—большие, как месячные поросята, спинороги. Молнией промчались яркие трубкорылы; вдали — рыбы-ласточки с белым животом. Носороги, наполеоны, клоуны, ангелы, крылатки, ежи, флейты, белки, кардиналы — чудо, а не рыбки и их рыбята! Миноги, осьминоги, ежи, скаты, морские звёзды — всё это так красиво и гармонично, что хочется покинуть земной мир и превратиться в Ихтиандра. Нам бы! Нам бы! Нам бы! Нам бы! Всем на дно!

 

                Задыхаясь от счастья и наслаждения, мы веселой компашкой смеялись, острословили, вспоминали прошлое и не заметили, как превратились в краснокожих индейцев.            

                Женщины включили инстинкт самосохранения и натёрлись кремом для и от загара, выгнали нас на сушу и загнали в тень. Хорошо, что по пляжу постоянно гуляет свежий ветерок и сушит все, в том числе и кожу— самый большой орган человека.

 

                Только 10 часов утра, а мы уже дымимся, как проснувшийся вулкан. Прикоснувшись ко мне, друг отдёрнул руку, как от печки.

 — У него температура не +36,6°, а где-то на уровне плавления металла. Смотрите! На нем, как на раскалённой сковородке, даже капельки воды испаряются на глазах. Он всегда такой горячий и активный. Берегитесь, чтоб не затаскал вас по всяким походам и экскурсиям, — предупредила моя Лиза. — А теперь его хорошо бы спрятать в холодильник.

 

                Время перед обедом мы спрятавшись от солнца, провели в шикарном фойе отеля Шамс Сафаго в ожидании инструктажа представителем Дюсельдорской турфирмы GTI и обещанного им обзора многочисленных достопримечательностей в округе. Но напрасно мы потеряли время: он так и не пришёл на встречу.

 

                Вечером мы с Лизой решили отдать однополчанину наши сувениры, перебрали чемодан, сложили всё в один пакет и тут к нам постучали. Мы открыли дверь — стоят кировчане со своими сувенирами. Великолепные изделия из бересты — народное творчество вятских умельцев, тонкая, ручная, скрупулезная работа.

                У нас сувениры — индустриальные, традиционные, расписные баварские пивные кружечки и кружки с декоративными крышками, комплект стопариков с видами нашего городка, фашингские медали с датой и гербами. Для Юркиной солдатки — вазу. Ирина писала Юрке в армию: по два письма каждый день, а он ей высылал на Вятку нежные слова и запах засушенных цветов из теплой Феодосии... Судьба не дура, зря людей сводить не станет. Вся часть гордилась их любовью, особенно я —наивный, нецелованный.

—А это вам! — вытащила Ирина из-за спины тяжёлые банки с вареньем собственного приготовления.

— Ирина! Где талоны?— строго спросил свою жену мой друг.— Самый главный подарок мы не стали тащить в отель, а сдали в аэропорту, в камеру хранения. Будете улетать, получите его по талонам и заберёте с собой. Мы сами заядлые дачники, всё лето в огороде, урожаи снимаем, дай Бог каждому. А что ещё из России можно привести другу? Только самое лучшее! Вот мы вам и привезли мешок картошки, два ведра яблок и ведро морковки!

                Мы с Лизой встали, как вкопанные. Зачем нам в Германии картошка? И яблок у нас хоть ж... ешь. А перевес-то какой будет! Боже мой!? Страх и растерянность застряли в наших глазах.

Наши друзья пыжились, но не выдержали и чуть не лопнули от смеха. Мы оценили шутку и засмеялись вторым голосом.

 

                В Египте взрывоопасная обстановка. По телевизору показывали мусульманское возмущение по поводу показа нового американского фильма "Невинность мусульман". Мирная демонстрация в центре столицы переросла в массовые беспорядки. Люди забрались на стены хорошо укрепленного посольства. Они разорвали американский флаг и водрузили на его место черное полотнище с надписью: «Нет Бога, кроме Аллаха, а Мухаммед — пророк его». Черный флаг с белым кругом в центре считается символом террористической организации «Аль-Каиды», защитницы ислама.

                Источником этих событий послужил низкопробный малобюджетный фильм под названием «Innocence of Muslims» (в арабском переводе называется «Мухаммед, пророк ислама»), снятый на фоне неподвижных пустынных декораций, с невзрачной игрой никому не известных актеров и невразумительными диалогами. Он был создан на деньги представителей еврейской общины США. Его автор — 52-летний американец еврейского происхождения Сэм Басиль, открыто заявляет, что «ислам — это раковая опухоль на теле человечества» и что его фильм специально был снят в качестве «провокационного политического послания с осуждением мусульманской религии». Одним из продюсеров фильма выступил скандальноизвестный пастор из Флориды Терри Джонс, «прославившийся» на весь мир акциями сожжения Корана.

                Фильм целый год пролежал в интернете и никого не затронул, пока его не перевели и озвучили по-арабски. Теперь кипят страсти, льётся кровь, кто-то потирает руки, кто-то лезет из себя, сверкают молнии, грохочут взрывы, льются кровавые дожди.

                Представители отеля не советуют отдыхающим покидать охраняемую территорию. Отдыхающие в страхе. Их много из Чехии, Польши, Германии и России. Русские туристы пригрозили подавить волнения в Египте, если они будут мешать им отдыхать по-русски. Кто жил при Ельцине - в Египте не боится!

 

                Закончив дипломатический приём взаимных подарков, мы пошли на ужин, затем прогулка. Несмотря ни на что зазывалы на улице предлагают много экскурсий: В Каир на Египетские пирамиды, в Александрию, в Дендеру, в Иерусалим, в египетскую Венецию Эль-Гуна, в аквапарк «Титаник», на райский остров, на рыбалку, на дейдвинг, мотосафари. Выход в море на кораблике со стеклянным дном, подводное плавание с аквалангом и ожидание встречи с настоящими акулами. Предлагается обзор поющих фонтанов из древней сказки «1000 и 1 ночь», крашенные девицы тут-же просвещают, что сейчас всё наоборот: одна ночь — и тысяча.  Воскресение в Египте рабочий день, выходные в пятницу и субботу.

 

                Мы ходили по бутикам, египетским однокомнатным супермаркетам, величиной с нашу кухню. Кроме хлопчатобумажных футболок египетского производства, неплохого качества и отличной ценой в 3 евро, ничего стоящего не нашли. В бутике «Али баба и 40 футболок» я клюнул на экскурсию в Луксор.

Как ни отговаривали меня друзья, предупреждая об опасности в нестабильной обстановке, я всё же на другое утро поехал на реку Нил, в царство древних фараонов. Весёлая компания осталась в море, обещая без меня не возвращаться на Родину, какая бы заварушка здесь ни произошла.

 

                Египетским часам не нужна минутная стрелка: одной часовой вполне достаточно; час раньше, час позже, какая разница? Немецкой пунктуальностью здесь не пахнет. Экскурсионный бусик к отелю пришёл на час позже назначенного времени. Пассажиров шестеро: два швейцарца, 3 австрийца и я из Германии. Мои друзья и жена прозорливо отказались трястись 250 км по плохим дорогам, горам и пустыням при 40-градусной жаре и бушующих страстях местных жителей к нам — скромным, мирным христианам.

 

                Дороги Египта — особая тема. Похоже, что в Египте, где родилась геометрия, самый короткий путь между двумя точками— это зигзаг. Никакие правила движения здесь не действуют. Сами дороги зачастую жуткий и опасный аттракцион. Все водители — каскадёры. Автосигнал — главная шофёрская игрушка.

               

                Если Россия прославилась дураками и дорогами, то здесь можно добавить ещё замедленное мышление и сон в жару.

 —Я не сплю, это я так медленно моргаю!— отвечает потревоженный египтянин. Самая древняя культура земли так и осталась в древности. Зависла во времени где-то до нашей эры, хотя у всех сотовые телефоны и ездят больше на машинах, чем на ослах. Мышление и привычки остались прежними. Сон в жару — лучшая традиция.

 

                Все жаркие города построены со своеобразным архитектурно-экзотическим колоритом: узкие улицы всегда в тени; там постоянно гуляет ветерок и это уже спасение от египетского "РА", всемогущего Бога солнца. Начатых новостроек множество, но движения на них нет, незавершонки. Относительная чистота только на центральных улицах, на задворках свалки мусора и разруха.

 

                Германия в этом отношении — небесная страна. Ловлю себя на мысли, что при всех южных прелестях — всё равно тянет домой. Мы уже скучаем по одежде, по детям и внукам, по всему немецкому. Квартиру тут покупать не будем.

 

                Нил — река жизни, рядом с ним другая природа. Вместо каменной пустыни — оазис. Зелень, цветы, прохлада. В береговых зарослях местами светло, как от снега, от огромных стай белых цапель, столько же белых мотоботов, парусников и самоходных плавающих отелей. Крокодилов в реке больше нет после того, как СССР построил Египетской Арабской Республике Асуанскую плотину и ГРЕС. Нас покатали по реке, привезли на банановый остров, показали домашних крокодилов и банановые плантации, накормили, напоили, сводили на парфюмерную фабрику и алебастровую мастерскую культовых фигурок.

 

                Луксор—самый большой в мире город-музей под открытым небом. Тут творили историю Рамзесы, Тутанхамон, Аменхотел, Тутмос. Мы побывали в стране мертвых, в долине царей с гробницами фараонов. Видели храм царицы Хатшапсут, построенном в живописном амфитеатре розово-пурпурных скал и в Карнакском Храме, самом ошеломляющем из всех египетских памятников.

 

                Магда, наш экскурсовод, симпатичная глазастая египтянка лет 35, сносно говорила по-немецки и по-английски. В Германии ещё не была.

 — Эта страна для нас слишком дорогая, – сказала она и с восхищением рассказывала о том, как рабы строили живому Фараону пирамиды, храмы, дворцы и гробницы. Эти каменные колоссы, постепенно разрушаясь, сохранились до наших дней и поражают воображение размерами и объёмами работ. Тысячи, миллионы рабов перетаскивали глыбы весом в сотни тонн ради того, чтобы Фараон попал в Рай, прославившись хорошими делами и великой стройкой.

                Я восторг не поддержал и озвучил свой вывод о том, что мне просто больно думать, сколько несчастных жизней загубила эта бессмысленная стройка. Сколько рабов погибло здесь ради этих камней и разве фараону откроются двери рая за все эти страдания простых людей и загубленные человеческие души? Невольно вериться, что на весь этот древний культ камня повлияла какая-то параллельная или внеземная цивилизация, а может быть духовная болезнь. Сегодня так такое построить невозможно.

 

                На входе и выходе каждой туристической достопримечательности всюду устроен вьетнамский базар по-египетски. Дети, старики, молодёжь, только мужчины, как надоедливые мухи преследуют туристов плотным роем и сумеют продать ненужную вам безделушку с первоначальной ценой в 1 евро, после бурных и отчаянных торгов — за 6 -7 евро. А вы, не понимая произошедшее и радуясь, что отделались от назойливого собеседника, будете бежать от места сделки в другой экономический капкан.


                Попрошайничают все. Малыши подбегают к автобусу с протянутой рукой. Бедуины в храмах тянут руку. Охранник с погонами и «калашниковым» в руках к желающим с ним сфотографироваться протягивает ладонь. Сначала купишь билет в музей, а потом ещё дашь контролеру, который с дыроколом в руках сделает вам дырочку в билете. Базар везде, где есть люди. Женщин почти не видно. Похоже, что видимый мусульманский мир состоит исключительно из мужчин.

 

                Не оскудеет рука дающего. Как можно приехать домой из дальних стран без подарков для своих ближних? После моих эмоциональных рассказов о восточных базарах, мы с Лизой на другой день решили съездить в местную глубинку и прошвырнуться по магазинам. Наши законопослушные друзья остались жариться на пляже. Глубинка начиналась сразу за воротами отеля, но мы решили побывать в Сафаге.

                Отель охотно предложил свой бусик: туда и обратно за 70 фунтиков. Рейсовый автобус строит 1 фунтик с человека. Ежу понятно, мы выбрали дешёвый вариант, но автобуса не было и когда будет никто не знал, видимо часы водителя были вообще без стрелок. Спросили местных, как доехать до Сафаги? Сразу отозвалось семь человек, предлагая услуги своих друзей. За 60 фунтов туда обратно и шофёр будет нас всюду ждать. Мы дали своё согласие и Сивка-бурка встал передо мной, как лист перед травой.

 

                Я уже знал, что Сафага является важным торговым и пассажирским портом, в котором налажено регулярное сообщение круизных рейсов с Иорданией и Саудовской Аравией. В 1992 году судно «Салем экспресс» плыло из Саудовской Аравии, но, напоровшись ночью на риф, затонуло. Погибло 300 паломников, совершившие Хадж в Мекку. Напротив города находится необитаемый остров Сафага. Эти места привлекают любителей рыбной ловли и гурманов, которые могут отведать здесь очень редкостные  морепродукты.

 

                Когда приехали в Сафагу, нам показалось, мы перенеслись на машине времени в древний мир. Всё было такое старое, ветхое, запущенное в состоянии нескончаемого ремонта хижин, подлежащих сносу. Всё обшарпанное, всюду грязь и мусор. Посреди всей этой антисанитарной экзотики, на верандах ободранных кафе чинно сидят мужчины в белом и неспеша пьют чай, курят кальян, ведут светские беседы. От всей души страстно захотелось подарить каждому из них грабли, веник и немедленно организовать коммунистический субботник. Через час город было бы не узнать, он помолодел бы, как моджахед, сбривший бороду.

 

                — Не фотографировать! — зло приказал бородатый тип, показывая на фотоаппарат и предугадав мое желание. На нас смотрели все, как будто мы были зелённого цвета, в космических скафандрах и прилетели с Марса. Сотни глаз регистрировали малейшее наше движение. Мы с Лизой прошли метров 30 вдоль улицы и вернулись к бусику. Нам казалось банановая революция на грани взрыва и мы на мушке множества прицелов. Моя жена явно испытывала жуткий страх и чувствовала себя заложницей. У Лизы чутьё и интуиция сверхъестественные. Я в этом убеждался много раз.

 

                Хозяин лавки, у которой остановился наш бусик, мыл в ведре руки и готовился к обеденной молитве. Он перевёл шофёру наше желание вернуться в отель. Недалеко от отеля мы остановились у придорожного базара, где нашли желанные футболки с рисунком пирамид и отоварили всех наших ближних, усердно торгуясь по восточным традициям, отстаивая первоначальную цену.

                В заключение сделки моя жена проявила милосердие, спросив через переводчика-продавца, сколько детей у нашего шофера? Он ответил, что трое: 3,6,9 лет. Лиза купила младшему красивую футболку в подарок и на память. Водитель тут же предложил сделать ещё подарки старшим детям, жене, тёще и ещё каким-то родственникам, а при окончательном расчёте потребовал накинуть к договору ещё 10 фунтов за то, что ждал, пока мы выбирали ему подарок, который он тут же обменял на большой размер. В результате наша экономия оказалась дороже, чем транспортные услуги, предложенные отелем.

 

                Потом мы выходили в море на маленьком кораблике со стеклянным дном, любовались самым богатым и разнообразным на земле подводным царством. Для Лизы это было сравнимо с подвигом: её укачивает даже от скрипа дверей. Но любопытство взяло верх, тем более, что желающим давали таблетки от морской болезни. На кораблик привезли ещё группу русских из Подмосковья. Мы сидели и удивлялись услышанному. Они уже побывали во всех уголках земного шара и по 7, 8 раз в этих местах. Ездят путешествовать по 3 - 4 раза в год. Все молоды, красиво одеты и уже повидали мир. У всех фотоаппараты для подводного плавания на грани фантастики, о которых мы — переселенцы Германии и понятия не имеем. Отстали немцы. Наша страна стала хромоножкой! Политики — трепачи и транжиры, сделали из нас безденежных работоголиков.

 

                Откатав обязательную программу, мы стопроцентно предались отдыху и общению с друзьями. Лёжа в воде, они рассказали нам, как пережили перестройку и как устроились в современной жизни. Живут хорошо, летом дачный образ жизни, зимой городской. Дача, машина, квартира собственная. Раньше челночили, торговали, выживали, наживали, помогли двум сыновьям встать на ноги, теперь очередь для внуков. Одного внука дети назвали Юрием — в честь деда, другого Романом — в честь меня, армейского друга деда Юры. Увековечили нас, как фараонов, в живых памятниках, тёзке уже девятнадцать лет, а вроде вчера я был свидетелем на свадьбе друга. Как молоды мы были, как искренно дружили...

 

                Юра — работающий пенсионер, бывший профсоюзный деятель, чуткий, ранимый, отзывчивый человек. Если совестью не пользоваться, останется ли она чистой? — рассуждал он. Если бы не совесть — можно было бы подняться в бессовестные времена, но я не смог. Я ведь учил других быть примером, быть патриотом, честным, преданным, неподкупным. Человек — это звучит гордо! А сейчас, чем больше узнаю людей, тем больше я люблю зверей…Читал твою книгу, понял что и тебе перепало от жизни. Прости друг, что я не был рядом, — дрожащим голосом подытожил Юра и мы в который раз обратно побратались. Мы рассуждали обо всём, о жизни, о судьбе, о Боге.

 

                Ох и наплясалась я в присядку сегодня!—смеётся его жена, сидя на корточках в воде и подпрыгивая на волнах. Она ещё крепкая, энергичная, загорелая пенсионерка, бывшая медсестра, дачница, домохозяйка. Она сдружилась с моей Лизой и у них свои женские темы. Из воды их выгнать невозможно, руки как у прачек, у обоих уже прорастают жабры и они становятся русалками. Им хорошо, обе счастливы, часто заливаются звонким смехом. Мы не смеялись столько за последние пару лет.

                Юра — джентльмен. Приносит всем мороженное прямо в море, а по утрам занимает зонтики у самой воды. Он такой же, каким был в армии: простой, приятный и надёжный. С ним можно ходить в разведку и дружить всю жизнь.

 

                К нашей компании прибилась ещё парочка российских немцев из Эрфурта по фамилии Карне. Они в Германии строятся и поэтому Иван, он же Иоганн, шутя все цены переводит на количество мешков с цементом. Юра отдал ему свою удочку и Иван, на зависть мужикам, успешно ловил красноморскую рыбку, которую завялив, мы через день хором запивали пивом. Его жена Антонина, энергичная и веселая, участвует во всех конкурсах и концертах, проводимых затейниками отеля. Она знает всех, все знают её, у неё все новости. Многие показывают на нас пальцем и говорят: — Вон эти, которые вместе служили в армии и теперь встретились в Египте.

 

                К концу срока начинаем ориентироваться на местности. На самом берегу Красного моря разместилось три больших отеля. Четырёхзвёздочный «Шамс Сафага», шамс по-египетски значит солнечный. Отель состоит из основного пятиэтажного здания, двухэтажного корпуса и одиннадцати одноэтажных бунгало. Всего 340 номеров. На пальмах зреют финики. Бар и грильня прямо на пляже. По вечером отдыхающие общаются, пьют пиво, смотрят развлекательную программу, а по стенам отеля забавно бегают геккончики и жрут зазевавшихся комаров.

                Рядом покруче: пятизвёздочный отель «Империал-Сафага» и высшей категории «Престиж-Сафага». Все они принадлежат какому-то старому и богатому немцу. Обслуживающий персонал хорошо говорит по-русски, по-немецки, по-английски. Все — страшные болтуны. Очень необычно слышать из арабских уст: "Страсти-мордасти", "Почему? – По кочану!", "Пиво где? – В Караганде!", "Давай! Давай! Ай, яй, яй! Катастрофа! "

 

                Наше уютное местечко считается одним из лучших бальнеологических центров Египта. Здесь прекрасный воздух, постоянно солнечно, большое количество ультрафиолетовых лучей, чистейшая морская вода насыщена солями и минералами, которыми успешно лечат бронхит. Двухцветный пляжный песок обладает хорошими целебными свойствами. Им можно лечить опорно-двигательную систему и кожные заболевания. Лечиться надо методом закапывания в песок. Такой песок есть только на Сафаге. Приливы и отливы на время образуют у берега множество мелких островов. Один их них мы приватизировали всей компанией и были там очень счастливы.

 

                Никакое добро не лучше друга. Мы зарылись по уши в песок и заразили остальных. Программа отдыха простая: после завтрака — болтание языком и купание в море, с маской и без маски. В воде — пляска с присядкой по морям по волнам. Песок — вода, вода — песок и разговоры, разговоры, слово к слову тянется. Разговоры стихнут скоро, дружба лишь останется!

           

Райнгольд Шульц. Германия. Гиссен.

Египет. Шамс Сафага. 16.09.2012                                                                                           www.shamshotels.com









 
  Сегодня были уже 67524 посетителей (167864 хитов) здесь!  
 
=> Тебе нужна собственная страница в интернете? Тогда нажимай сюда! <=
© Bibliothek von Lariol Lernstudio www.lariol-lernstudio-berlin.ru.gg/